Мне сорок семь лет. Двадцать из них я отдала швейной фабрике. Не самой большой в городе, не самой известной, но для меня — родной до последней катушки ниток. Я пришла сюда двадцатисемилетней, после развода, с пятилетним сыном на руках и с ощущением, что жизнь закончилась. У меня не было ни уверенности, ни связей, ни понимания, как жить дальше. Была только запись в трудовой: «принята на должность ученицы швеи в пошивочный цех №2». Фабрика тогда еще держалась. Гул швейных машинок, запах разогретой ткани и утюгов, горы цветных катушек и лекала на столах...