Своей комнаты у Дашутки не было никогда. Сколько себя помнила – всё раскладушка. Днём её сложат, за шкаф сунут, и вроде нет ничего, гостиная как гостиная. А к ночи раскладушка со скрипом разворачивалась посреди проходной, у самой батареи, и Даша ложилась, и над ней ходили туда-сюда: то мама на кухню, то папа к телевизору, то Серёжка, брат, из своей комнаты за водой. Свет из коридора бил в глаза, и никак было ни уроки разложить по-человечески, ни секрет спрятать, ни просто побыть одной. Всё на виду, всё проходное, как она сама...