Сватья переставляла моих гостей, как стулья после мытья полов. — Этот стол — туда, к служебной двери, — сказала она Майе, и на её руке звякнули браслеты. — А сюда, поближе к молодым, моего руководителя с супругой. Человек пять часов трясся в автобусе из Москвы, не у кухни же ему сидеть. На столе, который она отправляла к кухне, стояли карточки: «Антон», «Мария», «Мама». Я подписывала их сама накануне вечером и сама раскладывала у тарелок веточки брусники. Это был стол родителей невесты. Майя держала планшет с рассадкой и смотрела не на сватью, а на меня...

Мой девятнадцатый день рождения пришёлся на восемнадцатое декабря 1986 года. В Алма-Ате бушевали беспорядки, вызванные несправедливой сменой руководства. Ну не нам решать, наверху виднее. Да и лет много прошло. Но мое эссе не об этом, а о том, что я гостей наприглашала, тогда в основном дома отмечали праздники, не как сейчас — все больше в ресторанах.  И высшее руководство, к сожалению, не оповестило меня о том, что грядут такие серьезные перемены, и не состоится мой праздник.  Обстановка была действительно тяжелая, и в городе был объявлен комендантский час с семи часов вечера...