Когда моя младшая сестра Катя сказала, что беременна, мама заплакала от счастья. — Господи, наконец-то в доме будет ребёнок! Мне тогда было тридцать четыре. Кате — двадцать семь. Я была не замужем, работала юристом, жила одна в своей квартире и впервые за много лет чувствовала, что моя жизнь принадлежит мне. Мама называла это иначе. — Ты всё одна да одна, — говорила она. — Работа работой, а семья должна быть. Под семьёй она почему-то понимала мужа, детей, дачу по выходным и обязательные звонки по вечерам...