Начинаем публикацию 2-й книги про Машу и Николаева Так он же чужак! Не было и нет среди «особенных» семейства Зайцевых, каким бы славным оно ни было. Как он раньше не подумал об этом? Но тогда каким же образом появилось имя Владимира Леопольдовича в маминой тетради? Ошибка? Невозможно. Вписать в летопись неверное имя все равно, что отредактировать Библию. Николаев с сожалением бросил взгляд на оживленное, счастливое лицо Маши. Надо ей сказать. Зачем питать ложные надежды? Ей не вернуться назад...