— Это невозможно есть, Марина. Совершенно. Ты вообще пробовала, прежде чем нести это гостям? Утка сухая, салат пересолен, курица подгорела. Мой сын с детства ел нормальную еду, а тут не пойми что на тарелке. Людмила Борисовна отодвинула тарелку на середину стола. Двумя пальцами, будто чужую. За столом стало тихо. Её юбилей, шестьдесят шесть лет, двенадцать гостей. И все теперь смотрели на меня. Я стояла с блюдом в руках. С тем самым, которое собирала с шести утра. — Людмила Борисовна, я готовила строго по вашему рецепту...