Алтайский ветер с силой швырял колючую ледяную крупу в лицо старому маркшейдеру. Станислав Игнатьевич Дронов стоял у самого края скального обрыва, всматриваясь в массив. Его опытный взгляд безошибочно фиксировал малейшие изменения в структуре камня. Шестьдесят лет жизни научили его чувствовать породу лучше, чем иных людей. Сегодня гора дышала как-то неправильно, издавая едва уловимый низкий гул. Он стянул задубевшую рукавицу и провел загрубевшей ладонью по стылому граниту. Возле южного портала главной штольни тянулась свежая, толщиной с палец, трещина...