— Оленька, нам надо поговорить. Он стоял в дверях кухни с таким лицом, будто собирался сообщить о пропаже урожая в масштабах страны. Руки в карманах трико, плечи подняты к ушам. Пахло подгоревшей гречкой, потому что Оленька от неожиданности забыла выключить плиту. — Что случилось, Костя? — Инне нужны деньги. Сто тридцать тысяч. Он произнёс это так, будто просил передать соль. Оленька медленно выключила конфорку. Гречка тихо шипела в кастрюле, словно тоже хотела что-то сказать, но сдерживалась. — Сто тридцать тысяч, — повторила она...