Андрей приехал к деду в середине мая — аккурат под картошку. Дед Степан, хоть и разменял восьмой десяток, сажал сам. Земля в их деревне, затерянной где-то в верховьях Вычегды, была скудная, с супесью, но картошка родилась хорошая — рассыпчатая, белая, как сахар. — Поможешь, что ль? — спросил дед, не глядя на внука. Он вообще редко смотрел в глаза — то ли стеснялся, то ли привык за жизнь к тому, что слова и без глаз понятны. Андрей кивнул. Он приехал из Сыктывкара — отдохнуть, подышать, выключить голову от работы...