Жёлтый листок лежал под сахарницей ровно посередине стола, и я сразу поняла, что его положили специально. Софья Максимовна никогда ничего не оставляла просто так, даже ложку на блюдце она клала черенком к окну. Было шесть утра, четверг. Я вышла на кухню за водой, босиком, и пол под ногами оказался холодным, потому что форточку кто-то открыл ещё ночью. Ростислав спал. В квартире стояла та особенная тишина, которую слышишь только тогда, когда человека, обычно шуршащего за стенкой, нет дома. На листке было написано всего четыре строчки...

Стикеры на нашем холодильнике Глеб называл складской описью. Свекровь – припадком бухгалтерии. Жёлтые квадратики с моим почерком висели ровным рядом на белой дверце: «электричество 1 850», «ипотека 14 400», «Матвей садик 3 200», «вода гор...