Когда за Антониной Васильевной закрылась дубовая дверь, Олег впервые за пять лет вздохнул полной грудью. В квартире воцарилась оглушительная, блаженная тишина. Больше никто не ходил по коридору с видом оскорбленного монарха, не переставлял его коллекционные диски с рок-музыкой по «алфавиту духовности» и не кричал из кухни: «Олеженька, а ты знал, что микроволновка разрушает ауру супа?» — Всё, — громко сказал Олег пустому коридору. — Свобода. Его жена, Марина, сидела на диване в гостиной, прижав подушку к животу, и тихо плакала...