— Женщина, ну вы же сами всё слышите! Стучит! Мастер приемки, грузный мужчина с бейджиком «Валерий», сочувственно качал головой. Мой «Солярис» висел на подъемнике. — Это капиталка. Поршневая группа, вкладыши... Короче, двигатель перебирать надо. Минимум 150 тысяч. И это я вам еще по-свойски считаю, запчасти нынче золотые. Я стояла и чувствовала, как холодеют руки. Я учитель географии. В машинах я разбираюсь на уровне «куда лить омывайку». Машина нужна мне, чтобы возить маму в больницу. 150 тысяч? У меня отложены тридцать на отпуск...

Людмила Петровна позвонила в дверь ровно в субботу, в десять утра, когда Антон с Машей только успели позавтракать. Она всегда приходила без предупреждения — считала, что имеет на это право как мать. В руках у нее была объемистая сумка с домашними заготовками, которые никто особо не просил, но отказаться было невозможно. — Здравствуйте, Людмила Петровна, — Маша открыла дверь, внутренне собираясь с силами. Суббота обещала быть долгой. — Машенька, доченька, — свекровь прошла в квартиру, окинув взглядом небольшую прихожую...