Стеклянный фасад их особняка в элитном пригороде всегда сиял так ярко, что соседи щурились. Виктор называл это «лицом успеха». Для Марины же этот блеск был сродни хирургической чистоте операционной — стерильно, холодно и абсолютно безжизненно. Каждое утро Марины начиналось в 6:00. Не потому, что она была жаворонком, а потому, что в 6:45 Виктор входил на кухню, ожидая увидеть на столе ровно три ломтика поджаренного хлеба, яйцо-пашот идеальной формы и свежевыжатый сок, в котором не должно быть ни одной ворсинки мякоти...