В тот день все начиналось так спокойно, что сейчас даже смешно вспоминать, как я тогда радовалась этой обычности. Была середина недели, я вернулась с работы поранься, пока в доме еще стояла тишина. На кухне пахло вчерашним борщом, чуть выдохшейся приправой, на подоконнике лениво тянулась к свету моя фикусная ветка, которую я месяца два собиралась пересадить. За окном уже темнело, в подъезде хлопали двери, кто-то наверху включил громкую музыку. Я поставила кипятиться чайник, зашла в комнату, мельком...

После смерти мужа Галина привыкла Новый год встречать в одиночестве: ставила искусственную елочку, привычно нарезала «Оливье» и пекла медовик. Вечером к ней заезжали дочь с мужем и внуками: они торопливо поздравляли мать, дарили подарки и исчезали, чтобы продолжить веселье уже в кругу друзей. Проводив родственников, женщина удобно располагалась в кресле и смотрела Голубой огонек. В полночь она выпивала бокал шампанского, а потом ждала двух часов, чтобы, как и все её земляки встретить Новый год уже по московскому времени...