Субботнее утро в доме Веры Павловны всегда пахло укропом и чесноком. Пока город за окном отсыпался после рабочей недели, она уже управлялась с кастрюлями. Рассол булькал на плите, банки с огурцами, помидорами и маринованными опятами теснились на столе, дожидаясь, пока их протрут насухо и уложат в погреб. Вера, женщина лет пятидесяти пяти, с аккуратным пучком на затылке и вечно присыпанными мукой руками, считала консервацию своим искусством. Каждую осень она превращала свою скромную кухню в филиал...