«Ты сама выбрала мужа. Вот к нему и иди. В моей квартире твоего живота не будет». Эту фразу Юля услышала в подъезде, на 8-м месяце беременности, с пакетом детских вещей в одной руке и папкой медицинских документов в другой. Мать стояла в дверях в домашнем халате, держала цепочку и смотрела на дочь так, будто перед ней не ребенок, а проблема с пропиской, коммуналкой и будущей коляской в коридоре. Юле было 26 лет. Она работала до декрета администратором в фитнес-клубе, получала 72 тысячи руб., жила последние 2 года с мужем Димой в съемной студии на окраине Казани...

Когда соседи увидели, как Сергей выносит из квартиры небольшую картонную коробку, никто уже не удивился. За последние две недели из подъезда вынесли почти всю их прежнюю жизнь: шкафы, стулья, коробки с книгами, детский велосипед, старую швейную машинку, которой Марина почти не пользовалась, но которую когда-то подарила ей мать. Казалось, что вместе с вещами исчезают пятнадцать лет семейной жизни, оставляя после себя только пустые стены и тяжелую тишину. Марина стояла в прихожей, прислонившись плечом к косяку двери...