— Ты обязана простить сестру, она ждёт ребёнка! — сказала мама так, будто беременность Лены отменяла всё, что произошло до неё. Я сидела за родительским столом, вцепившись пальцами в край скатерти, и смотрела на сестру. Лена устроилась напротив, прикрывая ладонью едва заметный живот. Она не поднимала глаз, только время от времени тяжело вздыхала, словно главной пострадавшей в этой комнате была именно она. Рядом сидели отец и два наших брата. Семейный совет собрали без моего согласия. Мама позвонила...

Актовый зал гудит от голосов, смеха и торжественной музыки. Воздух пропах цветами и лёгким волнением выпускников и их родителей. Мы втроём стоим чуть в стороне от общей суеты и ждём, когда назовут фамилию дочери и она выйдет на сцену за аттестатом. — Мам, только не плачь, — говорит Лиза, глядя на меня с мягким укором. Хмурит брови — точь-в-точь как отец. — Ты же обещала. — Я и не плачу, — вру, изо всех сил сдерживая слёзы. Лиза звонко смеётся, разглядывая моё лицо. — Ну что ты в самом деле, мамулькин, — обнимает она меня, и я ловлю лёгкий цветочный аромат её духов...