Шумовка звякнула о край эмалированной кастрюли. На плите булькал насыщенный, густо-бордовый бульон. Я как раз снимала грязную, серую пенку, когда на столе, прямо рядом с разделочной доской, завибрировал телефон. Экран мигал коротко, высвечивая одно слово: «Костя». Я вытерла влажные руки о передник, старый, в мелкую синюю клетку, с неотстирываемым пятном от куркумы на левом кармане, и провела подушечкой большого пальца по стеклу. – Да, сынок. На фоне гудели машины. Равномерный, тяжелый шум проспекта, шелест шин по мокрому асфальту...