За дверью разом смолкли. Настя стояла на ступеньке не дыша и смотрела на корзину. Огурец треснул у неё под ладонью, и этот хруст, наверное, слышен был на всю улицу. Дверь распахнулась, и на пороге встала Меланья, красная, с поджатыми губами. – Ты чего тут? – Огурцы, тётенька, – Настя подняла корзину повыше, как оправдание. – С огорода несу. Из сеней вышел Игнат. Он ничего не спросил, а только поглядел на корзину, на треснувший огурец, потом на Настю – долго, тяжело, как глядел на неё в ту зиму, после чердака...