Очередь в коридоре районной поликлиники всегда была тихой. Не приглушённо-вежливой, не сонной — а именно тихой, словно люди, сидевшие на деревянных скамьях с продавленными сиденьями, экономили не только слова, но и само дыхание. Здесь пахло хлоркой, старыми медицинскими картами и мокрой шерстью — на улице третий день моросило, и с зонтов на кафельный пол натекали лужицы. Я сидел у двери с табличкой «Процедурный кабинет», сжимая в руке направление с расплывшейся печатью, и смотрел на человека напротив...