— Да кому ты нужна, кроме меня? Пётр произнёс это не со злостью. Со скукой. Как говорят о погоде, когда она снова не та. Он сидел за кухонным столом, листал что-то в телефоне, и фраза упала между ними, как упала бы ложка. Просто упала, и всё. Елена стояла у плиты. В руках держала сковородку. Яичница шипела, пузырилась по краям. Запах масла, чуть горьковатый. За окном серело утро Зареченска, февральское, плоское. Снег лежал плотно, без блеска. Она не ответила. Поставила сковородку на стол. Переложила яичницу на тарелку...