Херр Комендант лагеря Собяно-Собиборово и Гауляйтер всея Московии, передовик и фронтмэн Кибер-Фашистского движения третьей волны и непотопляемый флагман Блатного Феодализма, номенклатурная накипь, сексотная блатота, последняя отрыжка Колхозаностры и прочая, прочая, словом, особа воистину достойная быть увенчанной короной из трухлявой плитки и колючей проволоки, а заодно персона, вне всякого сомнения, заслужившая собственного мавзолея из бордюрных каменьев перед мэрией как никто другой, как я погляжу, чувствует себя вполне уверенно...

Снег в тот вечер не просто шел — он обрушивался на город тяжелой, мокрой стеной, заклеивая окна, глуша звуки и превращая дороги в ледяное месиво. Но холоднее всего было не на улице, а в нашей гостиной, где царил идеальный, стерильный порядок. Ни пылинки на лакированном комоде, ни складки на шторах. Этот порядок был религией моего мужа, Игоря, и моим персональным адом на протяжении последних семи лет. Я стояла в прихожей, прижимая к груди мокрый, дурно пахнущий комок шерсти. Мое пальто промокло, сапоги оставили грязный след на бежевой плитке, и я знала: сейчас будет буря...