Она не знала, кто их отправляет. Она просто видела, как тают дни Анна сидела на кухне и пила кофе. За окном светило солнце, но она не замечала его. Она смотрела на часы, на стрелки, которые медленно двигались в сторону девяти. Ей нужно было собираться на работу, но она не хотела вставать. Она не хотела никуда идти. Она хотела просто сидеть и смотреть на свой телефон. Телефон лежал на столе, чёрный, безжизненный. Он не издавал звуков, не вибрировал. Просто лежал. Но Анна смотрела на него так, как будто ждала, что он заговорит...

– Это просто письма. Бумажки, – Людмила Аркадьевна отодвинула жестяную коробку на край стола. Коробка была из-под печенья, с облезлыми ромашками на крышке. Внутри лежало сорок одно письмо. Все от тёти Тони, все написаны её рукой, и последнее пришло мне в октябре, за месяц до того, как её не стало. Девять лет я ездила в Ольховец. Сто восемьдесят километров в один конец, автобус с пересадкой в Козельске, три часа дороги. Каждые выходные. А теперь на тётиной кухне сидела соседка через забор и объясняла мне, что бумажки ничего не значат...