Ну что, пришла? Заходи, присаживайся. Расскажи, зачем, что там у тебя? – Близкие ругаются? Говорят, зачем снова пришла? Ругают твои одежды желтые? Твой хмурый облик и слезы – дожди проливные? Ммм… Да, мне это понятно. У людей часто тоже так, даже близкие стоят как чужие. Много где была? Как там? Как у других? – Похоже? Да, печально. С чем к нам на этот раз пожаловала? Нет, я не с упреком. – Хочешь научить нас ценить то, что есть. Радоваться серым и промозглым будням, долгим отсутствием хороших новостей, благо, что нет плохих...

Семь утра на северном терминале пахли сырым бетоном, соляркой и остывшим чаем из бумажного стакана. За окнами шумел мелкий мартовский дождь пополам со снегом. На третьем пандусе застрял рефрижератор из Вологды. Водитель спорил с кладовщиком из-за помятого деревянного поддона и срывал утренний график для двенадцати городских магазинов. Диспетчер растерянно перебирала накладные на ветру. Сквозняк трепал полы спецовки. За стеклом проходной маячили кабины тягачей. Я подошла к пандусу. Шаг не ускоряла...