Маша взяла Илью из детского дома, потому что от него все отказывались. Она писала кандидатскую по психологии, так про него и узнала. Муж был против, конечно, да и сын тоже, но Маша посадила из перед собой и спросила: -Вы хоть представляете, что значит, когда от тебя отказались три семьи? -Ну, не просто так же они отказались, – осторожно заметил муж. Он всегда умел смотреть в корень проблемы. -Да, он непростой, – согласилась Маша. – Но это только потому, что его никто не любит. Она долго расписывала, какой Илья замечательный и умный, но помогло в итоге не это...

— Ты куда намылился в таком виде? — голос Анжелы прозвучал не вопросительно, а обвинительно, словно она поймала его за попыткой вынести из дома фамильное серебро. Кирилл замер у зеркала в прихожей, не успев надеть бейсболку. На нём была ярко-желтая, кислотного цвета куртка из дешевой шуршащей синтетики. Она сидела на нем мешковато, топорщилась на плечах и пахла химией и чужим потом, хотя на складе уверяли, что форму выдают после химчистки. В руках он держал громоздкий квадратный терморюкзак, который занимал половину узкого коридора их «двушки»...