Виктор спросил про деньги не сразу, а когда я уже собиралась уходить. Четыре месяца мы встречались редко, но аккуратно: он чинил краны, слушал мои жалобы на погоду и никогда не опаздывал. После смерти мужа десять лет назад я так нуждалась в покое, что готова была простить ему любую сухость ради тепла чужой квартиры. Но его вопрос звучал как аудит. Не флирт про совместный бюджет, а проверка ликвидности активов. — Почему ты спрашиваешь? — услышала я свой голос тише задуманного. Виктор поправлял складки на рубашке у зеркала...