Я набрала номер и сразу нажала отбой. Так делала уже который раз в конце августа. Пальцы сами находили имя «Борис» в списке контактов, а потом сами же обрывали гудок на середине первого сигнала. На кухне пахло остывшим чаем. За окном моросило. Я открыла список звонков. Последний исходящий брату — три недели назад, тоже сброшенный. До этого — месяц молчания. А до того молчания было утро, когда я увидела у него на столе конверт с сургучной печатью нотариуса и поняла: он что-то от меня прячет. Тогда я была уверена, что знаю, из-за чего мы молчим...