Артём увидел чек на тумбе и даже не снял куртку. «Семь тысяч за маникюр?» Я уже приготовилась оправдываться, но тут заметила большую коробку с его новой техникой. В тот вечер мы впервые решили посчитать не только деньги, но и то, чьи желания годами считались важнее. Артём увидел чек на тумбе и даже не снял куртку. «Семь тысяч? За маникюр?» Я стояла в ванной, смывала с рук крем. В зеркале отражалась кухня, его тёмная куртка, ключи в пальцах и этот маленький белый чек, который почему-то вдруг стал важнее всего вечера...

— Витя, зачем ты копаешься в моих вещах? — Тоня, это что такое? Виктор стоял в дверях ванной с чеком в руке. Бумажка была маленькая, свернутая пополам, но он ее уже развернул и держал перед собой, как будто это была улика с места преступления. Антонина как раз вытирала руки полотенцем. Она посмотрела на чек, потом на мужа, и в груди у нее что то сжалось, но лицо осталось спокойным. — Крем купила. Ты же видишь, там написано. — Три тысячи двести рублей! За баночку! — За крем для рук, Витя. У меня руки трескаются зимой...