Семён считал себя главным архитектором нашей семейной жизни, хотя вся его «архитектура» сводилась к чертежам деталей для гидронасосов на местном заводе «Гидропривод». Он возвращался домой к шести вечера, пахнущий машинным маслом, дешёвым мылом и фабричной столовой, аккуратно вешал засаленную штормовку на третью вешалку слева и тяжело вздыхал. Этот вздох означал: «Я нёс на плечах мир, пока ты тут перекладывала подушки». Я работала учительницей младших классов в школе № 4. Для Семёна моя работа была чем-то вроде затянувшегося хобби...