Заливаю фарш кефиром, получается такой деликатес, что сколько не готовь - всегда мало. Век живи век учись. Шикарные котлетки
— Квартира, конечно, твоя. Но жить в ней будем мы. Ты ведь не выгонишь родную семью на улицу?
— А с чего ты взяла, что это твоя квартира? — Игорь даже не поздоровался. Сидел на кухне в растянутой футболке с пятном от кетчупа на груди и методично размешивал сахар в чае. Ложка звенела о край кружки с такой силой, будто он пытался просверлить дырку в фаянсе. — Она семейная. Общая. Или ты забыла, кто тебе нотариуса посоветовал? Марина замерла на пороге кухни, даже не успев снять мокрый плащ. Капли с зонта размеренно падали на линолеум, собираясь в маленькую лужицу. Пакет с продуктами оттягивал руку...
Свёкор на банкете поднял тост: "За невестку, что живёт за наш счёт". Я подняла бокал в ответ и попросила слова у микрофона
– За невестку! – Фёдор Григорьевич поднял бокал и повернулся ко мне. – За невестку, которая живёт за наш счёт! Пятьдесят пять человек засмеялись. Кто-то захлопал. Тамада подхватил: «Вот это тост!» Я сидела рядом с Артуром и смотрела на белую скатерть. На ней расплылось пятно от соуса – маленькое, вытянутое, похожее на запятую. Четырнадцать лет я слышала вариации этой фразы. В разном виде, с разной громкостью. Но всегда – с одним и тем же смыслом: ты здесь ничего не решаешь. Ты здесь – приложение к моему сыну...