Свекровь, золовка и её муж приехали в воскресенье за подписью на квартиру моей мамы. Я просто сняла с антресоли синюю папку, которую мама велела не отдавать никому. Через десять минут в прихожей стало тесно от курток. Зинаида Павловна успела трижды переставить мою солонку, пока я резала хлеб. Я считала. Сначала подвинула к окну, потом к плите, «чтоб под рукой», потом вернула на середину стола и развернула дырочками к себе. Солонка была мамина, керамическая, с отбитым краем. Я не сказала ни слова...