— Андрей, ты меня слышишь? Я ухожу. Он стоял посреди пустой комнаты и держал в руке связку новых ключей. Металл был холодный, острые грани впивались в ладонь. — Марина, повтори, что ты сказала. — Я ухожу. Сегодня. Мама уже ждет нас с детьми. За окном горели фонари новой улицы. Внизу шумела машина, привозившая последнюю коробку с вещами. В квартире пахло свежей штукатуркой и краской, этот запах должен был стать запахом их новой жизни. — Ты издеваешься, да? Мы только въехали. — Я не издеваюсь. Я устала, Андрей...

Вечернее солнце разлило по гранитной набережной расплавленное золото, и в этом сиянии всё казалось будто вырезанным из дорогого фильма, который снимали специально для них двоих. Кирилл стоял на одном колене прямо на теплых каменных плитах, а Полина замерла напротив, прижав ладони к легкому летнему платью цвета топленого молока. В раскрытой бархатной коробочке лежало кольцо с прозрачным камнем, поймавшим солнечный луч и теперь рассыпавшим его на десятки крошечных зайчиков по её лицу, по светлым волосам...