В мае 1930 года полиция Дюссельдорфа получила не орудие преступления, не отпечаток и не блестящий результат экспертизы. В дело вошел обычный лист бумаги. Женщина из Кёльна написала знакомой о встрече с мужчиной, после которой едва выбралась из чужого города. Адрес оказался неверным. Письмо попало к посторонней получательнице. Та прочитала его, увидела не бытовую жалобу, а возможную связь с дюссельдорфской серией, и отнесла лист в уголовную полицию. В тексте были страх, описание незнакомца, намек...