В зале суда пахло старой бумагой, дешевой хлоркой и несбывшимися надеждами. Анна сидела, выпрямив спину, и смотрела на свои руки. Обручальное кольцо она сняла еще месяц назад, и теперь на безымянном пальце осталась лишь тонкая, едва заметная светлая полоска — след от десяти лет жизни, которая оказалась миражом. Напротив нее, вальяжно развалившись в кресле, сидел Вадим. Он то и дело поправлял манжеты дорогой рубашки и переглядывался со своим адвокатом, лощеным молодым человеком, который смотрел на Анну с плохо скрываемым снисхождением...