Мне два года. - Пап! Ну, пап! - детский голос состоял напополам из усталости и обиды. - Ты чего не спишь? - голос взрослого состоял из усталости на все сто процентов. - Ты скаску обесял! - дети не знают сострадания. - Сынок, мы с мамой так вымотались… - отец совершил последнюю безнадёжную попытку вернуться к прерванному сну. - Скаску! Обесял! - сын почувствовал слабину и пошёл в атаку. - Весь в тебя, - сонно заметила мать. Это означало, что помощи не будет и от сказки не отвертеться. - Хорошо, про...

Звон бокалов и радостный детский смех заполнили гостиную родительского дома, но Валерия чувствовала себя чужой на этом празднике жизни. Ей исполнилось тридцать два года. Возраст, когда её подруги вовсю обсуждали школьные собрания, секции и семейные путешествия, а она всё еще оставалась для всех «нашей Лерочкой» — безотказной дочерью, заботливой сестрой и вечной няней для чужих детей. — Ну, за нашу главную помощницу! — провозгласил отец, высоко поднимая хрустальный бокал с домашней вишневой наливкой...