Первой заметила, конечно, бабушка. Кто ж ещё. Матрёна Фоминична, баба Мотя, растила внучку почти сама. Дочь Ирина крутилась на работе с утра до ночи, зять на вахте месяцами. А Сонька, пятнадцать лет, вся на бабкиных руках: накормить, проводить, встретить, за уроками присмотреть. И баба Мотя знала внучку как облупленную. Каждую родинку, каждую привычку, каждый взгляд. Они с Сонькой были не просто бабка с внучкой. Они были заодно. Мать вечно на работе, отец на вахте, а баба Мотя всегда дома, всегда с пирогом, всегда выслушает...