Коробки с лавандовыми пригласительными карточками занимали половину прихожей. Ольга перешагнула через верхнюю, едва не зацепив подолом шелкового халата острый край картона. На кухне мерно шумел автомат, выплескивая в фарфоровую чашку густую струю эспрессо. Олег ушел полчаса назад, оставив на полированном столе немытую посуду со следами кофейной пенки и едва уловимый запах своего одеколона — терпкого, с сухими нотами можжевельника. Через две недели этот запах должен был стать официальной частью её повседневности...