Первый раз я соврала о своей дочери на дне рождения у подруги. Это был обычный февральский вечер, с салатами в хрустальных мисках, с селёдкой под шубой, с тортом, который никто уже не хотел, но все из вежливости брали по кусочку, и с обязательными разговорами о детях — как будто в нашем возрасте это уже не люди, а итоговый экзамен за прожитую жизнь. — А твоя как? — спросила Лида, ковыряя вилкой запечённую рыбу. — Всё в своей компании? Начальство уже оценило? И я ответила легко, будто ничего внутри не кольнуло: — Да, всё хорошо...