Как я два раза за день опозорился. И один раз порадовался. Отдал деньги за чепуху показываю что прислали.
– Ты удачно пристроилась рядом с моим братом, – сказала золовка. Я спокойно рассказала, кто купил квартиру и закрыл его долги
– Оксан, ты только не обижайся, но дачу мама решила оставить Ромке. Светлана сказала это еще в прихожей, пока Оксана пыталась снять сапог, не наступив колготками на мокрый коврик. Сказала вполголоса, с той особенной улыбкой, которой обычно предваряла неприятность, а потом сразу повернулась к зеркалу и принялась поправлять волосы. – А я должна обидеться? – спросила Оксана. – Да мало ли! Сейчас все такие чувствительные стали. Из комнаты донесся голос Тамары Ивановны: – Вы там долго еще? Утка остывает! Светлана подхватила сумку и первой пошла к столу...
Муж платил за женщин, пока жена экономила на сапогах.
Столовая называлась «Березка». Обычная рабочая забегаловка на первом этаже офисного центра. Металлические подносы грохотали по алюминиевым направляющим, очереди выстраивались в три хвоста, и всегда находился кто-то, кто лез без очереди, делая вид, что просто разглядывает салаты за стеклом. На раздаче стояла Галина Ивановна, женщина монументальная. Если ей казалось, что ты слишком долго выбираешь между гречкой и картофельным пюре, она начинала демонстративно барабанить пальцами по металлическому бортику, и этот стук разносился по всему залу, заставляя очередь нервно подбираться...