Поезд Душанбе–Москва прибыл на Казанский вокзал ровно в пять утра. Февраль выдался промозглым, злым. Не было того красивого хрустящего снега из детских воспоминаний, о котором я мечтал, сидя на раскаленной броне под Кандагаром. Под ногами была серая, грязная жижа, небо напоминало цветом застиранную портянку, а воздух был пропитан запахом сырости, дешевого табака «Прима» и какой-то тотальной липкой безнадежности. Я стоял на перроне, вцепившись в лямку вещмешка, и курил одну за одной. Люди проходили мимо, толкаясь плечами, ругаясь из-за пустяков, спеша скрыться в чреве метро...