— Алечка, ну ты же понимаешь, кроме тебя, некому. Дяде Боре семьдесят лет, не каждый день такое бывает. Я уже всем сказала, что стол будет как в ресторане. Ты же у нас мастерица, вся родня знает. Гена, скажи ей. Я стояла у окна с телефоном, прижатым плечом к уху, и смотрела, как муж старательно делает вид, что очень занят переключением каналов телевизора. Шёл девятый час вечера. За окном моросил мелкий ноябрьский дождь, превращая свет уличных фонарей в размытые жёлтые кляксы. На плите остывал ужин,...

— Ты решил привести свою мать ко мне домой?! Ты и правда меру потерял, или делаешь вид, будто не понимаешь, почему я в ярости? — вспыхнула Светлана, глядя на мужа так, словно видела его впервые за восемь лет брака. Игорь молчал. Он смотрел не на неё, а куда-то в сторону кухонного окна, и в этом молчании было больше правды, чем в любом оправдании. Через два часа она найдёт в его портфеле документ, который объяснит абсолютно всё — и то, почему он так упорно звал мать «пожить недельку-другую», и то, почему у него последние месяцы дрожали руки при упоминании нотариуса...