Если Росс и Рэйчел — это тревога и недосказанность, Чак и Блэр — власть и травма, то Тед Мосби и Робин Щербатски — это любовь, которая живёт в будущем. Не здесь. Не сейчас. А «когда-нибудь потом». И в этом её главная болезнь. С первой серии Тед не видит Робин такой, какая она есть. Он видит образ: «та самая», «единственная», «моя судьба». Проблема не в романтичности. Проблема в том, что идея заменяет контакт. Тед не спрашивает себя: — подходит ли нам одинаковая жизнь? — совпадают ли наши ценности? — готовы ли мы к одному будущему? Он знает ответ заранее. Потому что ему важно, чтобы история была красивой, а не живой...