Свет в окне напротив горел каждый вечер. Жёлтый, неяркий, вечный – как маяк, на который никто не просил ориентироваться. Я возвращалась со смены в половине одиннадцатого, поднималась на третий этаж, доставала ключи – и обязательно натыкалась взглядом на это окно. Зинаида Павловна сидела там. Всегда. Сколько я себя помнила в этом доме – она сидела у окна и смотрела. Мне было за сорок, дочери – тринадцать, после развода я растила её одна, работала кассиром в «Пятёрочке» на сменном графике – и меньше всего на свете мне нужен был чужой взгляд из-за занавески...