Никто не предупреждал Марину, что материнство может обернуться изгнанием, когда ты вроде бы в центре семьи, а на деле где-то на её обочине, прислушиваешься к звукам и ждёшь, пока в замке входной двери провернётся ключ. Ключ проворачивался теперь всегда поздно, а иногда и не проворачивался вовсе. Тогда Денис предупреждал эсэмэской: «У ребят засижусь, ложись без меня». И она ложилась, а его половина оставалась натянутой и прохладной до самого утра. Сыну Артёму только-только исполнилось два, он говорил смешными обрубками слов, называл голубей «гули-гули», а молоко «мако»...

моя библиотека оглавление канала, часть 1-я оглавление канала, часть 2-я начало здесь Я словно ледокол раздвигала заросли бурьяна, уже подёрнутые колючим инеем. Ефим молча следовал за мной. Мы зашли в темноту холодного сруба, где по-прежнему пахло пылью и старым железом. Аргус внутрь не пошёл. Остался у входа, тихонько и жалобно поскуливая. Я строго проговорила, обращаясь к собаке: — Сторожи! Пёс тяжело вздохнул и уселся с обречённым видом. Ефим усмехнулся: — Ничего, Аргус, мы недолго. А вернусь — ещё с тобой потолкуем...