Мария Ивановна знала цену каждой вещи. В её маленькой, пахнущей сухой лавандой и старыми книгами квартире, всё имело свою историю долгого выживания. Она умела заваривать один пакетик чая трижды, превращая его в едва подкрашенную воду, и знала, в какой аптеке «Корвалол» дешевле на два рубля. Это не было скупостью — это было искусством балансирования на краю пропасти, имя которой — государственная пенсия. В тот вторник город накрыло серым, липким туманом. Мария Ивановна долго пересчитывала монеты на кухонном столе, застеленном старой клеенкой с выцветшими ромашками...

Алёна стояла у окна, сжимая в пальцах остывшую чашку с чаем, и смотрела, как капли дождя растекаются по стеклу, сливаясь в причудливые узоры. За её спиной, в гостиной, царила идеальная, вылизанная до блеска чистота. Полки, уставленные книгами в одинаковых переплётах, диван с декоративными подушками, сложенными под определённым углом, фотографии в серебряных рамках – два улыбающихся ребёнка, сама Алёна с цветами, и он, Максим, с уверенной, слегка снисходительной улыбкой, которая когда-то сводила с ума...