— Ты просто не понимаешь, что это такое — нести ответственность за всё, — сказал Андрей, даже не отрываясь от телефона. — За ипотеку, за машину, за твои хотелки. Наташа стояла посреди кухни с кастрюлей в руках и смотрела на мужа. Не с ненавистью, не с обидой — просто смотрела, как смотрят на чужого человека в очереди в магазине. Спокойно. Отстранённо. И именно в этот момент она поняла, что что-то внутри неё окончательно и бесшумно сломалось. — Ты прав, — ответила она тихо, поставила кастрюлю на плиту и пошла в спальню собирать вещи...

Запах жареной курицы с чесноком и розмарином наполнял нашу маленькую кухню. Я стояла у плиты, помешивая соус в сотейнике, и с улыбкой смотрела в окно. За ним медленно опускался тихий июльский вечер, окрашивая небо в нежно-розовые тона. Мы с Максимом были женаты уже пять лет, и каждый такой вечер казался мне маленьким чудом. Наша двухкомнатная ипотечная квартира, наша уютная крепость, за каждый квадратный метр которой мы боролись вместе, была для меня самым безопасным и счастливым местом на свете...