Вот, послушайте, девочки и мальчики, я тут сижу, чай уже пятый раз грею, потому что руки до сих пор трясутся, когда вспоминаю этот ад. Вы даже не представляете, каково это — в 68 лет встать у закрытой двери и понять, что ты никто...