Она опоздала на семнадцать минут. Это было ее первое испытание — не мое, а ее собственное. Пациенты всегда проверяют границы: можно ли? Простят ли? Заметят ли? Я заметил. В приемной пахло валерьянкой и чужим отчаянием. Кресло напротив стояло под лампой — я всегда сажаю их в свет, чтобы видеть микромимику. Левый уголок губ дергается — ложь. Правый — страх. Она вошла. На ней было платье в горошек. Слишком яркое для зимы. Слишком веселое для человека, который переступил порог психолога. — Здравствуйте, — сказала она и улыбнулась...