Ключ лежал на подоконнике в прихожей. Чужой ключ. От её двери. Ольга смотрела на него минуты две, не снимая пальто. Обычная железка, потёртая, с царапиной у бородки. Ничего особенного. Только вот она этот ключ никому не давала. Ни свекрови, ни золовке, ни соседке из сорок восьмой. Она подняла его двумя пальцами, будто он мог обжечь. Из кухни донёсся звон посуды и голос Тамары Викторовны — тёплый, певучий, тот самый, от которого у Ольги последние четыре года начинало ныть где-то под рёбрами. — Оленька, ты? Я тут борщ поставила...