– Докажите, что это были подарки, Антонина Ивановна, – сказала Лариса и положила вилку на край тарелки. – А то потом начнёте требовать назад. За столом стало неудобно тихо. Не торжественно, не страшно, а именно неудобно, как бывает, когда человек при гостях открывает чужой шкаф и делает вид, что ищет салфетки. Я сидела напротив невестки и смотрела на её аккуратные ногти. На большом пальце блестел камешек, маленький, но упрямый. Этот маникюр я оплатила неделю назад, когда Лариса прислала сообщение: «Мам, можно три тысячи до пятницы? Павел опять задерживает премию»...